С нами удобно!
109

 VK–square Instagram–square  OK–square   

ЧУДЕСА И МИФЫ ГОРНОЙ ШОРИИ

« Назад

ЧУДЕСА И МИФЫ ГОРНОЙ ШОРИИ 24.09.2020 15:23

Горная Шория - удивительная страна, а точнее, регион России, который всегда хранил чудесные явления и легенды на протяжении столетий, часть из которых записана в шорских улусах по реке Мрассу, от р. Кабырзы до Хомутовских порогов, и опубликована в работах учёных-этнографов академика Вильгельма фон Радлова, профессора  А.В.Адрианова, Н.П. Дыренковой, В.М.Кимеева; православного миссионера В. И. Вербицкого, таких краеведов как Ярославцев.

4стр. Дом миссионера. 2005 г.Фото А.В. Вяргизова

Самыми необычными воспоминаниями об этих встречах с местными шорцами хотелось бы поделиться с жителями Таштагольского района. Первым достоверным описанием улусов Усть-Анзасской сельской территории следует считать записки отца Василия Вербицкого. Именно он первый, настойчиво стремясь приобщить таежных  шорцев-бирюсинцев к православной вере и санитарному образу жизни, правдиво описал не только быт и условия жизни, но и их языческие нравы и обычаи.

Еще 5 июня 1866 г., проплывая по Мрассу в лодке с шорскими проводниками, ему явилось знамение - открыть в улусе Усть-Анзасском (Карга, Прас-Пельете) новый стан миссии. Для чего он договорился с русскими плотниками из местных бергалов срубить для миссионера за 12 рублей серебром добротную избу в 7 аршин на мху, с полом и потолком. Тогда бы постоянный священник нового Мрасского стана смог бы через проповеди «приучить народ к оседлой жизни, излечивать их от болезней, обучать детей, создать условия для обустройства полноценного стана».

 Однако только в 1878 г. через начальника Алтайской духовной миссии архимандрита Владимира удалось определить сюда на службу иеромонаха Тихона, в миру Трофима Петровича Соколовского. Сын крестьянина Харьковской губернии, он окончил Богодуховское уездное училище, затем  Харьковские педагогические курсы. Тяга к миссионерской деятельности привела его в 1873 г. в главный стан Алтайской духовной миссии – Улалу (ныне Горно-Алтайск), где после годичного испытания и пострига в монахи служил в Чемальском отделении, а с 1875 г. - в Черно-Ануйской походной церкви.

По приезду в Усть-Анзас иеромонах Тихон первым делом обустроил с крестниками ещё Василия Вербицкого походную Никольскую церковь в виде жердяного шалаша-балагана, покрытого со всех сторон и сверху корой и берестой, с крестом наверху. Этот своеобразный «храм» представлял собой «...шалаш или балаган, обложенный со всех сторон и сверху покрытый лиственною корой, с крестом наверху. Внутри шалаша было сделано для алтаря отделение наподобие растянутой ширмы из привезенных занавес с крестами на каждой». За занавесками устроены были престол и жертвенник, каждый на четырех ножках, вбитых в землю; самые крышки престола и жертвенника покрыты были особыми покрывалами, нарочно для того приготовленными. Над царскими вратами, которые заменяла одна только завеса, был утвержден небольшой деревянный крест. Места северных и южных дверей были открыты, то есть просто были пустые отверстия. В иконостасе были повешены иконы, писанные миссионером иеромонахом Антонием... Против иконостаса с одной и другой стороны были проделаны небольшие отверстия для света (окна), которые на случай дождя и после каждого богослужения закрывались берестяной корой. Вход в шалаш завешивался берестяной корой» (Сведения..., 1880, с. 65). Реконструкция этого первого «храма» на территории экомузея «Тазгол» вблизи строящейся церкви обогатила бы тематическую структуру экомузея и увеличила интерес туристов и паломников.

На следующий год, после официального открытия в 1979 г. Мрасского стана, иеромонахом Тихоном было крещено 163 шорца разных возрастов, в два раза больше, чем обратили в православие за этот год все остальные миссионеры на всём Алтае. Всего же за два года своего служения в Мрасском отделении ему удалось окрестить более 300 человек в 33 инородческих улусах 4 волостях. В помощь ему в феврале 1879 г. направляются толмач-причетник и учитель.

На средства московского благотворителя М. И. Плотникова летом этого же 1879 г. начинается обустройство Усть-Анзасского стана, заготавливается лес на церковь и строится вчерне дом для миссионера. В 1880 г. его обустройство было завершено, построен дом для сотрудников миссии «на два входа» и начато строительство школы (Владимир, 1881, с. 26). О судьбе избы, срубленной по заказу Василия Вербицкого еще в 1866 г., ничего неизвестно. Но дом 1879-1880 гг. постройки сохранился на прежнем месте, включён как историко-архитектурный памятник в состав объектов экомузея «Тазгол» и ждёт своей реконструкции по имеющемуся проекту с 1991 г. В самой большой комнате отреставрированного  здания можно будет разместить сельскую библиотеку с выставкой по истории миссионерства на Алтае, в двух других - медпункт и трапезную для паломников и туристов.

Энергичные действия иеромонаха Тихона вызвали недовольство среди некрещеных старост (паштыков) мрасских волостей. Ими было написано несколько кляузных писем, якобы «от общества», начальнику миссии с просьбой убрать миссионера, ставя цель «...сплотить распадающееся язычество и выжить миссионера из своей местности». Иеромонаху Тихону приходилось ежедневно убеждать «неразумных инородцев» сделать ответственный шаг - принять Святое Крещение. В своих отчётах начальнику миссии он неоднократно сетовал на то, что «...мрасский житель всегда прежде посоветуется с женою, детьми, братьями и другими людьми и, когда найдет с их стороны одобрение своего желания, только тогда соглашается креститься». Изнурительные заботы по обустройству стана и обращению язычников в православие окончательно подорвали здоровье иеромонаха Тихона, и в конце 1880 г. его отправляют на излечение.

В начале 1881 г. для завершения строительства Троицкой церкви и росписи её иконостаса в стан был определён иеромонах Антоний, обучавшийся ранее иконописи в Улалинском училище. Спустя год работы были завершены, и 28 июня 1882 г., в день Петра и Павла, церковь освятил начальник Алтайской духовной православной миссии епископ Владимир (в миру Сеньковский) - родной брат иеромонаха Антония. Первоначально престол её был освящён в честь апостолов Петра и Павла (до сих этот праздник - Петров день - ежегодно отмечается 12 июля всеми жителями посёлка). Однако, начиная с 1884 г., во всех дальнейших официальных документах миссии эта церковь именуется почему-то Троицкой, в то же время имя благотворителя М.И. Плотникова замалчивается. Стан, как утверждалось в документах, «был обустроен» уже на средства самой миссии (ГАТО. Ф. 184, оп. 1, дд. 13, 15, 19; ГААК. Ф. 164, оп. 2, дд. 26, 28). Вероятно, в 1884 г. произошло какое-то событие, повлекшее за собой переосвящение этой церкви. Среди искусствоведов признаётся существование в Мрасском стане одной из школ сибирской иконописи, а в фондах музея КемГУ хранится одна из храмовых икон, приобретённых в начале 1990-х годов у местных жителей.

С 1883 г. миссионерское служение в Мрасском отделении начинает «сын инородца» Пятой Алтайской дючины, выпускник Улалинского миссионерского училища, бывший диакон Макарьевского стана, рукоположенный в священники Гавриил Васильевич Оттыгашев (ГАТО. Ф. 184, оп. 1, д. 12). При нём к концу XIX в. все язычники были крещены и прирост новокрещённых шёл за счет рождавшихся младенцев. При объезде по улусам новокрещенных для укрепления их веры миссионер службы стал проводить у походного алтаря на местном диалекте шорского языка. Присутствующим разрешалось сидеть, так как они не привыкли «к длительному стоянию». Миссионером настойчиво внушалась греховность «пьянства, праздничных разгулов, сквернословия, растлевающих юное поколение вечерних и ночных собраний, камлания, разорительной картёжной игры, лености и крайней неопрятности» (Макарий, 1886, с. 3).

В самом Усть-Анзасском улусе с началом золотодобычи и появлением русских плотников появились новые срубные дома, бани, амбары. Местные жители переняли навыки огородничества, пчеловодства, народной медицины с использованием лекарственных трав. К примеру, учитель Иван Константинович Чевалков (из бийских «инородцев») в новой просторной школе с 10-15 учениками устраивал беседы на религиозные темы, сообщал полезные сведения из журнала «Сельский Вестник» по агрономии и медицине. Часть детей из отдаленных бедных улусов приходилось содержать миссионеру на свои собственные средства, особенно в неурожайные годы. Так в 1885 г., по просьбе отца Гавриила,  купец А.Д. Данилов пожертвовал для голодающих Мрасского отделения 500 пудов хлеба (Макарий, 1886, с. 7).

Сменивший в 1890 г. отца Гавриила бывший диакон Улалинской церкви Сергей Васильевич Постников, получил ранее хорошее образование в Барнаульском духовном и Кузнецком светском училищах. Вместе с ним прибыл новый учитель Дмитрий Смольянников, так как прежний - Иван Чевалков - в это время уже исполнял обязанности псаломщика (ГААК. Ф. 164, оп. 2, д. 17, л. 48).

Состояние дел на новом месте привело отца Сергея в великое уныние. «Пьянство и разврат, камлание, детей крестят только тогда, когда священник потребует, от исповеди и крещения уклоняются», - скорбел он в своих первых отчетах (Алтайская и Киргизская миссии.., 1893, с. 15). Особенно поразили его отдаленные улусы, где «...инородцы никогда не моются, и весьма поэтому нечистоплотны. Накожные болезни сильно распространены у них. Сверх того, почти повсеместно, особенно в верховьях Мрассы, весьма многие у них заражены сифилисом, даже младенцы поражены им. При крещении страшно бывает взять в руки ребёнка, покрытого язвами» (Постников, 1893, с. 41). Недоволен миссионер был и русскими приисковыми рабочими-бергалами, которые «заражали» пьянством, сквернословием и воровством простодушных шорцев. Не лучшим образом вели себя и «низовские торгаши» из числа самих же шорцев, разбогатевшие на торговле и «спаивании своих сородичей» и к тому же настраивающие их против православия (Постников, 1893, с. 42; 1896, с. 272). Однажды ему приходилось наблюдать, как «...бессовестный обман инородцев в торговых сделках со своими же собратиями простирается до того, что один, например, смелый и ловкий обманщик-торгаш ухитрился продать простаку инородцу фунт изюму за целых 10 рублей, убедив покупателя в том, что это царская ягода, которую ест один царь, и, возбудив в нём охоту, во что бы то ни стало отведать этой ягоды» (Отчет.., 1892, с. 14).

Назначенному в августе 1906 г. новому мрасскому миссионеру Алексею Чевалкову, присланному псаломщику - бывшему послушнику Бийского архиерейского дома Иоанну Семеновичу Алексееву (Челбогашеву) и учителю - воспитаннику Катехизаторского училища Ананию Казанакову было повышено ежегодное жалование: миссионеру — до 582 рублей, псаломщику - до 196 рублей. Однако псаломщик и учитель вели неблагопристойный образ жизни: пьянствовали и развратничали с местной молодежью и волостным писарем — сосланным из города Томска русским дворянином и атеистом Григорием Николаевичем Верещагиным, чем дискредитировали благородную деятельность миссии.

В 1908 г. топографами Алтайского Горного округа и Переселенческого Управления Бурениным и Белогородцевым была проведена ревизия пашенных и сенокосных угодий, в результате чего в 1914 г. за Усть-Анзасской церковью было закреплено 33 десятины пахотной земли, 20 десятин под усадьбы стана с погостом, 15 десятин сенокосов и 51 десятина хвойного леса в 6 верстах от церкви. Всего 119 десятин, из которых использовались служителями стана только 18 десятин сенокосов, а остальные были неудобицы.

Посетивший в 1912 г. Усть-Анзас новый помощник начальника Алтайской миссии Алексей Соколов «сделал замечание и разъяснение» священнику Тормозакову за нерегулярное проведение литургий во время полевых работ. Так как здания церкви, школы и ограждения стана сильно обветшали, Усть-Анзасское волостное правление взяло на себя все расходы по их ремонту, а также произвело выплаты по страхованию всех миссионерских зданий отделения.

Последним миссионером Мрасского стана в 1913 г. был определён  Павел Андреевич Кыдымаев, прослуживший до этого 17 лет в Челухоевском стане у телеутов. Сам отец Павел  был из местных «инородцев», учился в местной миссионерской школе еще при Гаврииле Оттыгашеве, потом в Бийском училище, но не окончил его. По свидетельству начальника третьего благочиния, Павел Кыдымаев был недалеким, малограмотным человеком, что сильно мешало его продвижению по службе. Несмотря на это, возвратившись в родной улус, он смог склонить скупого торговца из улуса Чилису Афанасия Степановича Тудегешева пожертвовать на строительство церкви в Кабырзе пять тысяч рублей. Действуя настойчиво и планомерно, отец Павел, несмотря на намерение купца А. Тудегешева впоследствии отказаться от пожертвования, все же добился от него передачи денег церкви. Под личным присмотром миссионера Павла Кыдымаева в 1916 г. началось строительство Никольской церкви на каменном фундаменте (ГААК. Ф.164, оп.2, д.105, л.159). Дальнейшими строительными работами в улусе Усть-Кабырза с марта 1917 г. ведал некий С. Красиков, которому из-за закрытия в 1918 г. миссии завершить это так и не удалось.

В 1913 г. умер местный псаломщик Владимир Серебряников, который был похоронен около храма. Могила его была варварски осквернена и разграблена в советское время местными комсомольцами. На его место из Матурского стана переведён Николай Штыгашев. В этом же 1913 г.  в отдалённом улусе Учас открывается третья школа отделения. Учителем её становится выпускник 2-го класса Кузнецкого уездного училища Недорезов Илларион Васильевич из «инородцев» Кузнецкого уезда.

После закрытия Алтайской духовной миссии в 1918 г. и распада Православного миссионерского общества службы в Усть-Анзасской церкви прекратились. Павел Кыдымаев тяжело заболел чахоткой и умер в 1923 году в заброшенной убогой лачуге на краю улуса. Вот как описывает его последние дни основатель Новокузнецкого краеведческого музея Дмитрий Ярославцев:

«В бывшем миссионерском доме вначале разместили сельсовет, а затем школу. Церковное здание пустовало до середины 1930-х годов, и после неудачной попытки приспособить его под клуб мысковские комсомольцы - дети бывших «торгашей-садыгчей» - пытались организовать здесь ферму по разведению кроликов, но впоследствии здание разобрали и распилили на дрова. На месте храма с использованием плит его фундамента в 1975 г. была построена школа, которая в тот же год ещё до открытия сгорела.

После 1990 г., по инициативе учёных этнографов Кемеровского госуниверситета и руководства Таштагольского района, местными жителями началось восстановление историко-культурных памятников Усть-Анзасского стана и включение их в состав экомузея под открытым небом  «Тазгол». Московским архитектором А.Г. Афанасьевым был разработан проект зон охраны и генеральный план экомузея, а новокузнецкими архитекторами (В.Н. Усольцевым и А. Топчиевым) - рабочие проекты Троицкого храма и дома миссионера, которые, к сожалению, остались до сих пор по разным причинам не реализованными. Бетонный фундамент Троицкого храма, возведённый бригадой московских строителей в 1992 г., в 2018 г. был засыпан речной галькой, и на этом месте под руководством нового местного священника Игоря Кропочева возводится здание небольшой церкви.

Осталась надежда спасти дом мрасского миссионера, который, как и полтора столетия назад, послужит на благое дело местным жителям – шорцам, а также всем приезжающим паломникам и туристам.

В.М. Кимеев, д.и.н., профессор кафедры археологии КемГУ


Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий