ТАКИМИ МЫ БЫЛИ. Эпилог

Окончание, Предыдущая часть по ссылке.

Если ехать в сторону Шерегеша по железной дороге, то поселка не видно за смешанным лесом. Там еще осталась отсыпанная площадка для выхода людей из электрички, что ходила в начале 1960-х годов. Та медленная езда приглянулась нам, потому как успеваешь рассмотреть детали пейзажа. Я рассказываю про «2-й участок», где поселился на пенсии. 

В поселке есть плотина с трубопроводом в сторону станции Кондома, где работали 3 человека. Больше ничего, кроме домов. Про нас, приехавших из города, местные жители шептали у магазинчика: «Понаехали тут, самим не хватает…» Потом все уладилось, когда магазинчик закрыли.

После пересмотра пенсии не в мою пользу стало очевидно: сальной прослойки я не нагуляю, надо решительно браться за хозяйство. Поросенок, купленный задешево, был слаб здоровьем и излишне кудрявым. Местные притворно восхищались: «Какая очаровательная болонка!» Позже мы купили стельную телку. Она стала телиться, когда я не ожидал. И вот мне, горному мастеру с правом руководства взрывными работами, обученному разрушать, надо как-то помочь появиться живому существу. Отел прошел удачно. Я был облизан (как и теленок), значит, угадал.

За тридцать лет моей службы нервы изрядно износились, и я полагал, что посещение леса вернет им былую крепость. Я шел тихо, часто останавливался. Лес жил своей жизнью. Вылетел рябчик, ползет змея, треснула ветка – все это заставляло вздрагивать. Однажды услышал лай, схожий с собачьим, увидел разрытый муравейник и, наконец, лепешку отнюдь не коровьего выделения. Сомнения переросли в тревогу.

Усадьба моя в лесу, ружья нет. Собака – а что собака? К счастью, хоть местные ее не съели. И вот иду к бывалому выяснить, чья это лепешка. Мужик знал звериные повадки и даже убежал от медведя.

-Медвежьих лепешек я не видел, а вот он мои видел. Лепешками или нет – не знаю, не оглядывался, — по-честному ответил он.

От разумных советов отбоя не было. Их получаешь столько, что в итоге запутаешься и махнешь рукой. Так и получилось. Опасения по поводу четвероногих уходят на второй план, а в памяти твоей остается рассказчик с интересной судьбой.

Вот его-то и представлю. Не пойму только одного: как ему удалось получить паспорт в колхозе и выбраться из села в 1940-е годы? Почему он выбрал Таштагол? Потому что «там принимают». В Таштаголе его никто не ждал. Трое суток ночевал на улице. И настырный пролез, прошел, стал взрывником на шахте, потом старшим взрывником. И вот орден «Знак Почета» и звание «Почетный горняк». Это был светлый человек, и фамилия его — Чистов. В нем было и участие, и готовность помочь. И в нем же засел минный осколок, что мучил мужика больше полувека. Он участвовал в боях. Документ, что давал право на льготы, порвал и встал в общую очередь с остальными, кому тыл медом не показался. И однажды в кулачном бою один вступился за обижаемых земляков и защитил их одним добротным армейским ударом.

Борис Логинович знал о зверье больше охотника, подражал голосам и не всегда пускал оружие в дело. Потому так ценил я мягкий совет этого душевного собеседника. Мы встретились, когда острота опасений уже спала и нами не обсуждалась. Мы продолжили наши беседы, начатые еще в 1959 году.

Что касается медведя, то за моей плетеной изгородью была его лежка. Изгородь он не трогал, это меня устраивало. Я войны не хотел. В его отсутствие чистил поляну. И все же он спер соседскую овечку и прилюдно утащил ее в лес. Должно быть, съел беднягу.

На этом я закончу, дорогой читатель. Другие истории расскажут другие люди. Желаю тебе доброго здоровья для добрых дел. Я работал на разных участках рудника, каждый из которых был важен не менее других. Мы вместе делали ту грубую работу, что нам поручена. Делали ее как положено.

Мои успехи – это твои успехи.

Мои неудачи – это мои неудачи.

Дома в нашем городе, полотна дорог и рельсовые пути сделаны из добытого тобою материала, в котором, возможно, есть и мой камешек.

Иван Иванович Курицын, ветеран Таштагольского рудника     

Похожие сообщения

Оставить комментарий

Войти с помощью: