ЛИТЕРАТУРНАЯ СТРАНИЦА

Ольга РОМАШКА

Ты из сердца меня отпусти
Снова призраки прошлого бродят,
Снова тени встают на пути.
В одну реку два раза не входят –
Ты из сердца меня отпусти.

Там черёмухам, что нас кружили,
Белопенной весной не цвести,
Их лет двадцать уже как спилили,
Ты из сердца меня отпусти.

Я давно не одна. Ты – с другою.
Мы расстались. Пойми и прости.
Примирись со своею судьбою.
Ты из сердца меня отпусти.

2017 г.

***

Сияла неба синева,
Беды ничто не предвещало…
И матушка была жива,
А в феврале её не стало.

Снег падал с неба, не спеша,
Непоправимое случилось,
И девять дней метель-душа
Прозрачным облаком клубилась.

Лишь в сорок дней за чёрный лес
Буран позёмкою умчался.
И голос матери с небес
Со мной навеки попрощался.

На сердце боль, покоя нет,
Мне мама молодая снится,
И что её на свете нет,
Я не могу никак смириться.

Март 2017 г.

***

Письмо в прошлое
Я в конверте тебе отправляю
Светлой юности нашей зарю.
Шумом  речки его наполняю,
Цвет черёмухи белой дарю.
Той весенней, застенчивой, милой,
Что под окнами дома росла.
Отправляю всё то, что любила,
Отправляю всё то, чем жила.
Не болею тобой, не жалею,
Не грущу по ушедшим годам.
…Первым майским листочком заклею
И письмо своё ветру отдам.

2017 г.

 

ПРОЗА

Автор:А. Гертер. Рассказ «ВОДЯНОЙ»

В это утро я проснулся до рассвета. Вспомнил, что вчера вечером договорились с соседом по гаражу поехать на моей «Ниве» на рыбалку на Пурлу. Быстро собрался и пошёл в гараж за своим авто.

Перед рассветом небо было ещё темно–синим, как калька, оно светлело на востоке и понемногу приобрело голубизну. Было тихо: в такой час спали даже окрестные собаки, лишь отдалённо со стороны Кочуры слышалось петушиное пение.

Я на машине заехал за соседом, его звали Василий. Он был словообильный и не переставал говорить и говорить, его не переслушаешь. Поэтому мы незаметно проехали город Таштагол в сторону посёлка Усть–Кабырза. Небо над нами потихоньку светлело, на горизонте уже показалась багровая полоса. И вот он мост через реку Пурла, теперь надо слева объехать скалу и свернуть слева на дорогу, которая ведёт на наше рудничное подсобное хозяйство. Не доезжая до посёлочка Нижняя Пурла, мы свернули к левому берегу реки. Здесь ветви талины и ольхи так плотно переплетались друг с другом, что даже днём свет не проникал под кроны. Над рекой они образовали подобие арки, и уж тут я невольно вспомнил, какой удачной оказалась рыбалка в аналогичных условиях на реке Калзас. Здешние места по реке я исходил, как в народе говорят, и вдоль, и поперек, поэтому знал каждый перекат, каждую под перекатом ямку, где обычно стоял и кормился хариус. Сейчас на Пурлу приезжало множество людей: рыбаки — профессионалы и любители — просто отдыхающие, в общем, теперь на реке бывало многолюдно и потом, какая тогда рыбалка. Мы спешили утром, пораньше, пока никого ещё нет, наловить рыбы на уху. Нам это каждый раз удавалось. Мы бросили жребий: кому идти по течению реки вниз, кому вверх. Мне  выпало спускаться вниз до посёлка Усть–Кезес. По времени возвращаемся к машине к обеду, к 12 часам.

Я взял старую удочку, червей, приготовленных ещё  с вечера. Отломил горбушку мягкого батона и положил в рюкзак, где уже лежали нож, запасная снасть и мой завтрак, состоящий из двух варёных яиц. Светало быстро, и я двинулся в путь, боясь, что мое испытанное место на реке займёт кто-нибудь другой. Спустился ниже моста метров на сто, где река упиралась в скалу и делала небольшой поворот налево, образуя глубокий омут, и сделал первый заброс. И не ошибся, хариус пошёл, уже в течение получаса я поймал более шести хариусов среднего размера: уха была гарантирована. Настроение сразу поднялось, день рыбака начинался удачно.

На мой взгляд, вот в чём заключается искусство ловли этой благородной рыбы: если обычную сорную рыбу (чебак, сорожка, окунь, пескарь) мы при поклёвке просто подсекаем, то здесь всё иначе.  Во-первых, наши горные речки быстротечные, и русла их пролегают чаще всего среди камней и скал.  А второе: все берега заросли  кустарником ивы, черёмухи, ольхи, а поэтому рыбаку приходится перемещаться непосредственно по реке. В правой руке удочка, она должна быть легкой и надёжной. С её помощью  ты вытаскиваешь хариуса, а самое главное, пускаешь наживку по воде так, чтобы она течением реки передвигалась по дну реки. Наживку хариус, когда она проплывает возле его стоянки, останавливает и начинает медленно заглатывать. И если подсекать как сорную рыбу, он её просто выплюнет. Поэтому в этот момент надо дать леске слабину, а затем подсекать. Тогда рыба прочно будет сидеть на крючке, и ты её сможешь взять. Уже в воздухе рыбу ловишь левой рукой и, чтобы она не выскользнула из руки,  прижимаешь к груди, а правой рукой вытаскиваешь крючок изо рта пойманной рыбы. Никакие приспособления в виде сачка здесь неприемлемы, не позволяет место лова, о чём я уже выше отметил. И вот рыба в левой руке, и чувствуешь, как адреналин поступает в кровь. Это чувство надо пережить, и только тогда ты узнаешь, что это такое.

В общем, до посёлочка Усть–Кезес я так и не дошёл, так как в рюкзаке уже чувствовался вес наловленной рыбы и пришла мысль: не бери лишнего, не переусердствуй, оставь на другой, последующий приезд на эту рыбную красивую реку.

Уже часов около одиннадцати дня я был у машины. Солнце начало пригревать, и я решил до прихода напарника поставить небольшую палатку и приготовить костёр, чтобы сварить уху из пойманной только что царской рыбы. Не успел я натянуть полотно палатки, как ко мне подходит известный рыбак и охотник Павел Николаевич. И первый его вопрос: как успехи? Я протянул ему свой рюкзак, и он воскликнул: «Вот ничего себе, и это за сегодняшнее утро? Молодца и только», — заключил он. Я в свою очередь пригласил отведать нашей будущей ухи.

Я бросил заниматься хозяйственными делами, и мы уселись в тени трёх берёз вспомнить былые времена. Рассказчик он был неплохой, и вот что он мне передал:

« Мой напарник вот уже три года как ушел в мир иной, я остался один, но продолжал ходить на охоту на глухарей и рябчиков. Вначале было тоскливо и временами даже страшно. Особенно после того, как встретил на речке Парос медведицу. Это правый приток реки Пурла, отсюда находится несколько выше по реке, там тоже сооружён деревянный мост, и дорога через него ведет на ферму местного предпринимателя.

А раньше там был посёлок Парос. Отсюда до тех мест есть прямая торная тропа. Прошлым летом меня занесло в те края, и когда я возвращался по этой тропе, чтобы сократить время перехода, то встретился с медведицей и медвежонком. А дело было так. На самом верху этого перевала тропа проходит по скалистой изрытой местности, рассказывают, что там  мыли золото, поэтому всё перекопали. И только я приблизился к этим местам, смотрю, ко мне навстречу по тропе бежит медвежонок небольшого роста. Я насторожился, по опыту знаю: если медвежонок, то где-то поблизости мать медведица. Стою и жду, что будет дальше. А медвежонок приближается, и вдруг треск кустов — выбегает огромная медведица прямо к медвежонку. Вот говорят: у страха глаза велики, не знаю, какие у меня тогда были глаза, но что волосы подняли мою шапку, точно помню. Медведица подбежала к медвежонку, взгребла его одной лапой за воротник, а другой отшлёпала по заднице, точь-в-точь как делали в детстве наши мамы. И вот думай сейчас, кто у кого перенял этот метод воспитания. Медведи удалились, а я еще долго стоял и приходил в себя, не зная куда идти и что делать. И тут я вспомнил, что сегодня ночью во сне мне приснился лохматый водяной. Он всю ночь предупреждал меня о грядущей опасности. Наверное, сны сбываются, и я в этом уверен».

Павел Николаевич внезапно замолчал, и мы долго сидели в тишине, только вдалеке шумела на перекате речка, да кричали что – то сороки. Каждый думал о своём, а я никак не мог понять, как могут быть  связаны между собой медведь и водяной.

Потом была волшебная уха, которую мы уминали втроём и благодарили речку за её бесценный дар, и просили делать это всегда, когда мы обращаемся к ней.

Напарник мой Василий тоже вернулся с рыбой и был в хорошем настроении. Солнце уже поднялось высоко, стало сильно припекать, и я решил опробовать свой метод ловли хариуса в арке кустов ольхи и талины. Я знал, что в жаркую летнюю погоду эта рыба предпочитает тень, так как там прячутся комары и мошки — излюбленная пища хариуса. Но как там применить удочку, когда  кусты мешают даже там двигаться, а тут удочка, куда её денешь? Оставил я от удочки крючок, грузило и кусок лески метра полтора, зашёл по воде в арку, вода чуть не заливалась в болотные сапоги, она была чистая, прозрачная, но довольно холодная. Крючок новой удочки зарядил дождевым красным червяком с белым пояском, как меня учил мой старший товарищ и учитель Крохалев Иван Власович, и бросил крючок с наживкой прямо под ноги к моим болотным сапогам. Не прошла и минута, как откуда-то вывернулся огромный хариус и проглотил мой крючок вместе с наживкой. Я дернул на кулак намотанную леску, и хариус оказался в моих руках. Эта операция заняла не более трёх минут. Пойманную рыбу я складывал в сумку из плотной ткани, которую мне передали мои товарищи. Сумка болталась у меня на шее и стала быстро тяжелеть и очень мешала как-то двигаться. Вскоре я устал горбатиться под кустами и вылез из арки, мы сложили всю пойманную рыбу, поделили на троих, доели уху, свернули палатку и всё аккуратно сложили в машину.

На рыбалке Иван Власович часто говорил так: «На рыбалке не будь злым и жадным беспредельщиком, водяной увидит и рыбы не даст. Домой приедешь без рыбы».   Эту заповедь я запомнил на всю оставшуюся жизнь и неукоснительно её соблюдал.

После столь удачной рыбалки и длинною предстоящей дорогой решили ещё посидеть под тремя берёзами, где я услышал, как страх поднимает шапку на голове человека.

Павел Николаевич решил ехать домой с нами, на нашей машине, так как приехал на этот раз на рейсовом автобусе Таштагол – Усть–Кабырза. Немного подумав, он начал свой новый рассказ о прелести здешнего края:

«Вообще-то я уже более трёх лет приезжаю в эти края на своей «Ладе», вон видите в Пурлу впадает речка Кичи. Я привык в одиночку осваивать эти чудные края. Последние два года я рыбачил в верховьях этой малой речки и каждый раз налавливал до десятка тайменей весом до полутора килограммов. Там речка Кичи протекает по болотам, и весной туда на нерест заходит таймень. Крупные экземпляры возвращаются в большие реки, а которые поменьше, предпочитают кормиться в болотной части реки. Вот они и берут на толстых дождевых червей. Я поднаторел ловить тайменей, а они нынче почему- то не зашли в эту речку, а хариусов разучился ловить. Поэтому я весьма благодарен за подаренную мне рыбу». Так закончился ещё один удачный день на прекрасной реке Пурла.

ДЕТСКОЕ ТВОРЧЕСТВО

Автор: Карина Фармонова.

Сказка «Лебеди»

 

Один раз я видел много лебедей. Один лебедь подошёл к другому лебедю и спросил, что такое солнце. И тот лебедь  засмеялся, захихикал и громко-громко закричал: «Этот парень настолько глуп, он не знает, что такое солнце!» Но друг того лебедя сказал:

-А ты знаешь сам, что такое солнце?

И другому лебедю стало так стыдно, что он покраснел и ответил:

-Хи-хи, простите, я сам не знаю. Так что тогда мы его высмеиваем? Простите меня, ну скажите, а что это такое – солнце?

-Ну, хорошо, солнце — это такой маленький огонёк, без которого мы бы не жили…

 Сказка «Снежинка»

Жила-была снежинка по имени Смешинка. Она любила играть. Ей всегда было смешно и весело. Однажды Смешинка пошла гулять и увидели много-много снега. Ей захотелось подружиться с другими снежинками, она скорее побежала к ним, но заблудилась в этом снегу. Смешинка испугалась, ей было так страшно и скучно, что она заплакала.

Но неподалёку бежала Мышка, увидела плачущую Снежинку, подбежала к ней и спросила:

-Что же ты плачешь?

Снежинка, не боясь её, сказала:

-Как же мне не плакать, ведь я заблудилась.

-Не плачь, я тебе помогу, садись на меня, я тебя довезу, — предложила Мышка. И так стали они самыми лучшими друзьями.

 Сказка «Мамин праздник»

Мама, в этот праздник

Я дарю тебе
И цветы, и даже бантик
И рисунок.
И открытку подарю я,
Чтобы мамочка моя
Полюбила уж меня.
И теперь я поцелую
В щёчку мамочку родную
И скажу ей добрые слова.

Сказка «Звёздочка»

Я всегда на небе вижу одну звёздочку. Она такая красивая, я её так люблю. Однажды я подумал, а не назвать бы мне её? И назвал – Блёстка. Как только я её назвал, на небе рядом с этой звёздочкой появилась тысяча таких звёздочек, и та звёздочка так ярко разгорелась, они все закружились. И когда остановились, там было написано слово «спасибо». Я так обрадовался, что готов был полететь в космос и поцеловать эту звездочку и сказать: «Пожалуйста!»

Таштагол, школа №2, 3а класс

Похожие сообщения

Оставить комментарий

Войти с помощью: